Основы судебной защиты интересов Службы судебных приставов по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации

Бюллетень Федеральной службы судебных приставов, № 4, 2009.

Шевченко Светлана Игоревна
главный специалист-эксперт отдела судебной защиты и судебно-аналитической деятельности Правового управления ФССП России

Сергеев Дмитрий Сергеевич
заместитель начальника отдела судебной защиты и судебно-аналитической деятельности Правового управления ФССП России

 

На сегодняшний день судебная защита чести, достоинства и деловой репутации по общему правилу возможна в судах общей юрисдикции в порядке гражданского и уголовного судопроизводства, а также в арбитражных судах в случае, если спор вытекает из предпринимательской деятельности.

Вместе с тем дела о защите деловой репутации с участием ФССП России и ее территориальных органов рассматриваются судами общей юрисдикции, поскольку деятельность Службы не относится к предпринимательской.

Право на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации предусмотрено статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно указанной норме гражданин или юридическое лицо, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

При рассмотрении данной категории споров суды общей юрисдикции руководствуются также разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (далее – Постановление Пленума), принятым в связи с ратификацией Российской Федерацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней.

Особую значимость приобретает вопрос о надлежащих ответчиках в данной категории споров. Пункт 5 Постановления Пленума разъясняет, что таковыми являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

Если оспариваемые сведения были распространены в СМИ, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации. Если эти сведения были распространены в СМИ с указанием лица, являющегося их источником, то последнего целесообразно привлекать в качестве соответчика. При опубликовании или ином распространении не соответствующих действительности порочащих сведений без обозначения имени автора надлежащим ответчиком по делу является редакция соответствующего СМИ, то есть организация, физическое лицо или группа физических лиц, которые осуществили производство и выпуск данного средства массовой информации (ч. 9 ст. 2 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 № 2124-I «О средствах массовой информации»). В случае, если редакция СМИ не является юридическим лицом, к участию в деле в качестве ответчика может быть привлечен учредитель данного средства массовой информации1.

В случае, когда сведения были распространены работником в связи с осуществлением профессиональной деятельности от имени организации, в которой он работает (например, в служебной характеристике), надлежащим ответчиком в соответствии со ст. 1068 ГК РФ является юридическое лицо, работником которого распространены такие сведения. Учитывая, что рассмотрение данного дела может повлиять на права и обязанности работника, он может вступить в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора на стороне ответчика, либо может быть привлечен к участию в деле по инициативе суда или по ходатайству лиц, участвующих в деле (ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ)).

В случае, когда невозможно установить лицо, распространившее сведения (например, при направлении анонимных писем либо распространении сведений в сети Интернет лицом, которое невозможно идентифицировать), суд вправе по заявлению заинтересованного лица признать распространенные в отношении него сведения не соответствующими действительности порочащими сведениями (п. 5 Постановления Пленума).

Вместе с тем судебная практика показывает, что при отсутствии информации об ответчике суды настаивают на её представлении истцом.

 

Так, Федеральной службой судебных приставов был предъявлен иск к общественно-политическому изданию о защите деловой репутации (опровержение сведений) в связи с размещением ответчиком в сети Интернет сведений, порочащих деловую репутацию ФССП России. При этом в качестве местонахождения ответчика был указан адрес, размещенный на сайте в сети Интернет. Определением Басманного суда города Москвы указанное исковое заявление было оставлено без движения в связи с тем, что истцом не указаны организационно-правовая форма и юридический статус ответчика. Суд кассационной инстанции отменил определение об оставлении искового заявления без движения по основаниям, изложенным в п. 5 Постановления Пленума. Приняв иск к производству, Басманный суд города Москвы все же истребовал у истца документальное подтверждение адреса местонахождения ответчика.

 

Данная позиция суда представляется ошибочной, поскольку в силу п. 5 Постановления Пленума заявление о признании распространенных сведений не соответствующими действительности должно быть рассмотрено в порядке особого производства (подраздел IV ГПК РФ), то есть в отсутствие ответчика.

Также по искам данной категории имеется ряд особенностей при рассмотрении судами ходатайств о принятии обеспечительных мер.

Так, в судебной практике обеспечительные меры в основном применяются с целью создания реальной возможности взыскания материального ущерба по решению суда. При этом в соответствии со ст. 139 ГПК РФ обеспечение иска допускается, если непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта. Представляется, что в данной категории споров такое основание принятия обеспечительных мер отсутствует, поскольку возможность исполнения судебного акта о защите деловой репутации не связана с наличием у ответчика имущества.

Кроме того, нецелесообразно заявлять ходатайство о запрещении ответчику подготавливать и распространять новую информацию, касающуюся истца. На момент рассмотрения такого ходатайства не может быть установлено возможное несоответствие информации действительности и ее порочащий характер, то есть отсутствует сам факт нарушения прав истца. В связи с этим запрет ответчику осуществлять определенные действия относительно тех гражданских прав, которые, по мнению истца, могут возникнуть в будущем, представляется невозможным.

Таким образом, при заявлении ходатайств о принятии обеспечительных мер возможно вести речь лишь о предотвращении значительного ущерба заявителю путем запрета распространять ту же самую информацию, распространение которой послужило причиной обращения с иском в суд.

Значимым при предъявлении исков о защите чести, достоинства и деловой репутации является вопрос о сроке исковой давности.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Статьей 196 ГК РФ установлен общий срок исковой давности – три года.

Тем не менее, поскольку честь, достоинство и деловая репутация являются неимущественными правами, на их защиту исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (ст. 208 ГК РФ).

Вместе с тем следует иметь в виду, что право на обжалование отказа редакции СМИ в опровержении распространенных им не соответствующих действительности порочащих сведений либо в опубликовании ответа (комментария, реплики) лица, в отношении которого СМИ распространены такие сведения, ограничено одним годом со дня распространения указанных сведений (ст. 45, 46 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 № 2124-I «О средствах массовой информации»). Пропуск названного срока без уважительных причин может служить самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении данного иска. Однако, пропустив этот срок, лицо, пострадавшее от диффамации в СМИ, вправе без ограничения срока исковой давности обратиться на общих основаниях в суд с иском о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Бремя и предмет доказывания по делам о защите деловой репутации имеют ряд особенностей.

Так, обстоятельствами, подлежащими доказыванию, по делам данной категории являются:

  • факт распространения ответчиком сведений об истце;
  • порочащий характер этих сведений;
  • несоответствие их действительности1.

При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств в удовлетворении заявленных требований может быть отказано. При этом в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается при выдвижении своих требований и возражений.

При защите чести, достоинства и деловой репутации действует презумпция, согласно которой распространяемые порочащие сведения считаются не соответствующими действительности, поскольку в силу п. 1 ст. 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Вместе с тем из сложившейся судебной практики следует, что журналист не несет ответственность за правдивость заявлений, сделанных в интервью третьими лицами, и не обязан доказывать их достоверность. Истец в свою очередь должен доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений. При этом до принятия Постановления Пленума позиция Верховного Суда РФ заключалась в том, что истец обязан доказать лишь сам факт распространения сведений ответчиком.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, суды понимают опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других СМИ, размещение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может быть признано их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем чтобы они не стали известными третьим лицам2.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности в то время, к которому относятся оспариваемые сведения. При этом анализ судебной практики показывает, что не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок.

 

Так, Старооскольский городской суд Белгородской области отказал в удовлетворении иска о понуждении УФССП России по Белгородской области опровергнуть порочащие сведения, распространенные путем направления судебным приставом-исполнителем представления прокурору о возбуждении уголовного дела (ч. 4 ст. 113 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»), поскольку достоверность указанных сведений установлена вступившим в законную силу решением мирового судьи.

 

Отдельного внимания заслуживает необходимость различать сведения и утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку являются реализацией конституционного права на свободу мысли и слова, а также свободу массовой информации, и не могут быть проверены на предмет их соответствия действительности.

Оценочное суждение говорит не об объекте, а об отношении субъекта к объекту. В свою очередь сведениями по смыслу ст. 152 ГК РФ являются утверждения о факте, которые можно проверить на предмет соответствия действительности. В противоположность этому во мнении выражается соответствие оцениваемого факта субъективным понятиям и представлениям отдельного человека, выражающим мнение. Таким образом, оценочные понятия, например «хороший – плохой», «добрый – злой», не могут быть предметом опровержения, поскольку не поддаются проверке на истинность.

Порочащими судебная практика считает сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

 

УФССП России по Московской области обратилось в Хамовнический районный суд города Москвы с иском к ЗАО «Телекомпания РЕН ТВ», ООО «Акцепт», журналистам Максимовской М.А. и Картавцеву А.Н. о признании недостоверными и порочащими деловую репутацию сведений, распространенных в информационно-аналитической программе «Неделя» в сюжете под названием «Дачные репрессии», а именно: «…продолжаются дачные репрессии… однако у них не оказалось главного – бумаги, которая дает право на принудительный снос… у опальных дачников передышка. Все из-за ляпа в документах самих же приставов. Они явно рассчитывали не на юридическую битву, а на рукопашную… видно, что предыдущая атака приставов гораздо жестче. Дачников избивали дубинками, заключали в наручники… даже в своей показательной борьбе с речными дачниками власти не могут юридически грамотно подготовиться…», а также об обязании ответчиков опровергнуть указанные сведения.
В процессе рассмотрения спора Управлением (истцом) были представлены доказательства правомерности действий по сносу незаконных построек, в том числе решения судов и исполнительные листы, на основании которых возбуждено исполнительное производство. Суд с учетом полученного заключения по лингвистической экспертизе удовлетворил заявленные требования в отношении следующих сведений: «…однако у них не оказалось главного – бумаги, которая дает право на принудительный снос… Все из-за ляпа в документах самих же приставов…». При этом суд пришел к выводу о том, что данная информация является порочащей деловую репутацию и не соответствует действительности, поскольку ответчиками не были представлены доказательства отсутствия у судебных приставов документа, позволяющего им осуществлять действия по принудительному сносу строений, а также доказательства наличия недостатков в исполнительных документах. В остальной части Управлению в иске отказано в связи с тем, что указанные сведения носят оценочный характер и не могут быть проверены на предмет достоверности и отнесены к сведениям, порочащим деловую репутацию.

 

Дискуссионным в судебной практике остается вопрос об определении относимости распространенных сведений к истцу. Данное обстоятельство представляется установленным, когда исходя из содержания информации возможно установить ее связь с истцом как отношение общего к частному, независимо от того, что распространенные сведения относятся не только к истцу, но и к другим лицам. Если же такая связь не прослеживается, суды приходят к выводу об отказе в удовлетворении требований о защите чести, достоинства и деловой репутации.

 

Так, в Заволжском районном суде города Твери рассматривалось исковое заявление Т. к УФССП России по Тверской области, вытекающее из сведений, оглашенных в телевизионном интервью главного судебного пристава Управления. В удовлетворении заявленных требований отказано, поскольку оспариваемая истцом фраза «Может быть, у нее с нервами не все в порядке» не позволяет определить личность, к которой она относится.

 

Доказывая относимость сведений к истцу, целесообразно использовать критерии оценки рядового потребителя информации, а в случае распространения информации в СМИ – позицию аудитории данного СМИ, поскольку деловой репутацией является положительная общественная оценка профессиональных качеств лица.

Вопреки изложенному, в судебной практике зачастую встречается формальный подход к оценке относимости информации к истцу.

 

Так, Савеловский районный суд отказал в удовлетворении требований ФССП России к редакции СМИ о защите деловой репутации в связи с опубликованием статьи о деятельности судебных приставов в 1994 – 1996 годах. Суд пришел к выводу о неотносимости распространенных сведений к истцу, поскольку ФССП России была образована в 2000 году. Данная позиция суда представляется спорной, поскольку рядовой обыватель не связывает понятие «судебный пристав» с датой создания Службы.

 

Устоявшейся является судебная практика в отношении оспаривания сведений, направляемых путем обращений в государственные органы и органы местного самоуправления. Если эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. 152 ГК РФ, поскольку имеет место реализация конституционного права на обращение в указанные органы. Требования об оспаривании таких сведений удовлетворяются судом, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение не имело под собой никаких оснований и продиктовано намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (п. 1, 2 ст. 10 ГК РФ).

Аналогичной является позиция судов в отношении сведений, сообщенных в объяснениях и показаниях, данных суду, следствию, а также при обжаловании судебных актов.

 

Например, решением Октябрьского районного суда города Калининграда в иске к судебному приставу-исполнителю о защите чести и достоинства отказано, поскольку информация, которую истец счел порочащей, была сообщена ответчиком в объяснениях при проверке прокуратурой заявления самого истца о служебном подлоге. Михайловский районный суд Волгоградской области отказал в иске к УФССП по Волгоградской области, основанием которого послужила подача Управлением кассационной жалобы на ранее принятое судом решение об отказе в удовлетворении иска о защите деловой репутации, поданного судебным приставом-исполнителем.

 

В судебной практике также имеются случаи, когда ответчик, реализуя право на обращение в органы государственной власти, действовал в пределах своих должностных полномочий. В данной ситуации помимо вышеуказанных оснований суды руководствуются тем, что сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок, не могут рассматриваться в качестве не соответствующих действительности.

 

Так, Новоусманский районный суд Воронежской области отказал в иске к Управлению ФССП России по Воронежской области о защите чести и достоинства путем принесения извинений и отзыве ранее направленных запросов о наличии у должника (истца) имущества. Суд исходил из того, что действия судебного пристава-исполнителя по направлению указанных запросов являются законными и обоснованными и осуществлены в рамках должностных полномочий.

 

Аналогичную позицию суд принимает при рассмотрении исков, предъявленных в связи с изложением оспариваемых истцом сведений на служебных совещаниях, а также в порядке подчиненности вышестоящим и нижестоящим органам и должностным лицам.

Дискуссионным остается вопрос о возможности одновременно с предъявлением юридическим лицом иска о защите деловой репутации требовать возмещения морального (репутационного) вреда.

Статья 152 ГК РФ предоставляет такое право гражданину. По мнению Пленума Верховного суда Российской Федерации, данное правило применяется и к защите деловой репутации юридических лиц (п. 7 ст. 152 ГК РФ). Требование о компенсации морального вреда может быть заявлено самостоятельно, если, например, редакция средства массовой информации добровольно опубликовала опровержение, удовлетворяющее истца. Несмотря на указанные разъяснения, в настоящее время у судов отсутствует конкретный подход к рассмотрению данного вопроса.

При этом поскольку моральный вред, определяемый в конкретной денежной сумме, является в соответствии с действующим законодательством неимущественным вредом, государственная пошлина уплачивается как за требование неимущественного характера (пп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации), а не в процентном отношении к сумме заявленных требований.

Вопрос о целесообразности предъявления Службой требования о взыскании морального (репутационного) вреда, причиненного распространением порочащей деловую репутацию информации, до настоящего времени остается неразрешенным. В данном аспекте представляется возможным предъявлять соответствующие иски в самостоятельном порядке при наличии вступившего в законную силу решения суда об удовлетворении требований ФССП России либо ее территориальных органов о защите деловой репутации. Вместе с тем при рассмотрении вопроса о предъявлении иска о взыскании морального (репутационного) вреда, а также при определении размера такого требования, необходимо учитывать, что целью компенсации морального вреда является не обогащение Службы, а применение к СМИ своего рода превентивных мер в целях предупреждения дальнейшего распространения не соответствующих действительности, порочащих сведений.

Следует также учитывать, что одновременно с требованием о защите чести, достоинства либо деловой репутации может быть заявлено требование о возмещении убытков, причиненных распространением порочащих сведений. В таком случае, помимо ст. 152 ГК РФ, следует руководствоваться общими правилами о взыскании убытков, установленными статьями 15, 16 и 1064 – 1083 ГК РФ: обязательство вследствие причинения вреда возникает при наличии в совокупности противоправного деяния (действия, бездействия), наличия вреда, причинно-следственной связи между противоправным деянием и наступившими последствиями (убытками), вины лица, ответственного за убытки. Отсутствие доказательства хотя бы одного из указанных оснований не дает права требовать возмещения убытков.

Подводя итоги проведенного анализа, можно сделать вывод, что в целом судебная практика по предъявленным к территориальным органам ФССП России искам о защите чести, достоинства и деловой репутации является для Службы положительной.

 

При подготовке данной статьи использованы материалы судебной практики по искам о защите чести, достоинства и деловоТак, Федеральной службой судебных приставов был предъявлен иск кй репутации с участием Службы судебных приставов в 2008 – I квартале 2009 года.
Нормативные акты и литература:

  1. Гражданский кодекс Российской Федерации;
  2. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации;
  3. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»;
  4. Анализ судебной практики по спорам о защите деловой репутации, Арбитражный суд Красноярского края – http://krasnoyarsk.arbitr.ru/90/58/604.html;
  5. Настольная книга судьи по гражданским делам (под ред. Н.К. Толчеева) – «ТК Велби», «Издательство Проспект», 2006;
  6. Некоторые особенности споров о защите деловой репутации, А.И. Орлова – «Арбитражная практика», №1/2009.

Время создания/изменения документа: 26 июня 2011 15:59 / 25 сентября 2011 20:08

Версия для печати